UA EN

«Губернатор» Севастополя ветировал запрет на застройку особо охраняемых территорий

20:45 30.11.2015

Севастопольский «губернатор» Сергей Меняйло проигнорировал решение межведомственной комиссии при полномочном представительстве президента России в оккупированном Крыму, которая рекомендовала «законодательному собранию» Севастополя принять закон «Об особо охраняемых природных территориях в городе Севастополе», и наложил вето на принятый 9 ноября депутатами закон.

На брифинге на минувшей неделе Сергей Меняйло не смог аргументированно пояснить причины такого шага, отослав всех «непонятливых» к пояснительной записке, опубликованной на сайте «заксобрания» Севастополя, сообщает ForPost.

«В преамбуле всё написано на трёх листах. Это не секретный документ – почитайте и всё поймете. Он (закон – ред.) был принят 9 ноября, но к нам поступил позже (11 ноября – ред.), и я в сроки, установленные законодательством, ветировал его. Там (в законе – ред.) есть моменты, которые не были учтены, в нём часть федерального закона дублируется, а часть нет. Если дублируется только часть, то он теряет смысл», – сказал градоначальник.

Отметим, закон об особо охраняемых территориях призван урегулировать отношения в области организации, охраны и использования особо охраняемых природных территорий регионального значения для сохранения уникальных и типичных природных комплексов и объектов, достопримечательных природных образований, объектов растительного и животного мира и их генетического фонда, изучения естественных процессов в биосфере и контроля за изменением её состояния, экологического воспитания населения.

Ожидается, что его принятие остановит стихийную застройку Севастополя.

Руководитель крымской общественной организации «Экология и мир» Виктор Тарасенко отметил, что закон об особо охраняемых территориях обязательно должен быть принят в каждом регионе России – и Севастополь не должен быть исключением.

«Без всякого сомнения, такой закон должен быть принят. Как субъект Российской Федерации Севастополь имеет право внедрять у себя в регионе – с учётом его особенностей – существующие российские законы и нормативы. Мы сегодня этим же занимаемся в Республике Крым – сохранением заповедных природных фондов, экологической сети, национальных природных парков – чтобы они также были достоянием России, а часть из них имела региональный уровень заповедания», - отметил эксперт.

Затягивание процесса, по мнению Тарасенко, может обернуться самыми плачевными последствиями, когда уникальные заповедные территории будут застроены или утратят свой статус.

«Когда в регионе нет такого закона – это даёт лазейку для того, чтобы сначала снизить уровень заповедности, чем он ниже – тем больше соблазна использовать эти территории, прежде всего под рекреацию, для мангально–шашлычных дел, как это происходит у нас на плато Ай–Петри. Чем выше уровень заповедности – тем больше защиты: егеря, финансирование, чётко обозначенные зоны санитарной охраны, границы заповедника, которые наносятся документально на картах и физически в виде заборов и объявлений. Иначе лезут отовсюду – на верблюдах, лошадях, квадроциклах, машинах. А после них – мусор, грязь, навоз и так далее. Поэтому тут надо штурмовать, добиваться принятия этого закона и таким образом защитить заповедные территории. Потому что это чистый воздух, вода, привлекательность региона, сохранение биоразнообразия – то, без чего нельзя в современном мире жить», – пояснил руководитель организации «Экология и мир».

Виктор Тарасенко считает неправильным, когда региональные власти пытаются значительному количеству заповедного фонда придать региональный статус: «Я уверен, что ваши специалисты это знают и тоже пытаются это внедрить и отстаивать в рамках большого Севастополя. Этот закон должен быть обязательно принят».

При этом, добавил эколог, вето губернатора нужно расценивать позитивно, как желание «лучше разобраться, может, провести общественные слушания, услышать мнения ученых». И добавил: «Сейчас важно, чтобы заповедники не мельчали, важно сохранить их статус, чтобы они не переходили под управление местной, муниципальной, даже региональной власти».

По мнению севастопольского общественника и основателя общественной организации «За чистый Севастополь» Олега Николаева, желание «затянуть» утверждение закона невзирая ни на что можно объяснить лишь личными интересами.

«Принять этот закон прямо рекомендовала межведомственная комиссия. Почему губернатор его ветировал – совершенно не понятно. Точнее понятно, что он какие-то свои личные интересы ставит выше рекомендации межведомственной комиссии. Теперь это абсолютно очевидно. Не утверждается закон, соответственно, у нас не будет границ особо охраняемых зон – это значит, что строительство на них продолжится, и мы будем терять город, как теряли до этого. Это основополагающий закон, который ограничивает застройку природных территорий. С его принятием этот процесс можно будет остановить хотя бы на особо охраняемых территориях», – подчеркнул Николаев.

Координатор экологического проекта «Севсвалки» Илья Киселёв обратил внимание на время, когда губернатор принял решение ветировать закон: «Закон был принят 9 ноября, а вето Сергей Меняйло наложил только сейчас, когда в городе чрезвычайная ситуация, и никто на такой шаг губернатора особого внимания не обращает. Совершенно не до того людям сейчас, когда у них есть какая-то связь и интернет – они интересуются другими вопросами: когда дадут свет, отопление и так далее. А что там с заповедными зонами – сейчас всем не до того».

Киселёв отметил, что как и все сознательные севастопольцы он, конечно, ждёт утверждения закона об особо охраняемых природных территориях, особенно учитывая непрекращающуюся застройку драгоценных лесных угодий у бухты Ласпи или возведение частных забегаловок на склонах Сапун-горы.

«По факту эти природоохранные зоны никак не охраняются. Я ознакомился с пояснительной запиской Меняйло к вето. Он назвал огромное количество причин, почему ветировал.
В частности, считает, что сам губернатор Севастополя должен определять орган, который будет следить за заповедными зонами. Но между строчек – маленькая заметка по поводу запрета капитального строительства на территории особо охраняемых природных территорий, мол, запрет может помешать строительству важных государственных и муниципальных объектов в рамках федеральных целевых программ. Мне интересно, какие важные муниципальные объекты должны быть в лесу у бухты Ласпи? Шестнадцатиэтажная клиника или что? Понятно, что потом под видом таких "крайне важных объектов" будут появляться «грязелечебницы», как в парке Победы, где на десять этажей одна комнатка – это грязелечебница, а остальное – частные апартаменты. Это один из факторов. Одним законом, конечно, всех проблем не решить – но это мощный инструмент. Тут следует вспомнить о законе-"убийце апартаментов", который запрещает строительство в прибрежной зоне. То есть нужно принимать такие нормативные акты шаг за шагом», – пояснил Илья Киселёв.

Однако среди активных горожан есть и иное мнение. К примеру, член ассоциации охотников и рыболовов Севастополя Андрей Семёнов сказал, что сейчас нужно принимать проработанные законы. Он губернаторское ветирование закона об особо охраняемых природных территориях воспринял, как показатель «сырости» такого важного документа.

Он пояснил, что «этот закон нужно было до конца доработать, чтобы не было проблем с развитием города. Сегодня он не позволяет реконструировать газопровод, провести людям воду, перекинуть русло реки Коккозка для наполнения Чернореченского водохранилища. То есть такие моменты он сегодня не регулирует до конца, поэтому принимать его в такой редакции нельзя».

С позиции же севастопольца и гражданина Андрей Семёнов сказал, «что закон полезный и нужный – как инструмент защиты особых территорий города от посягательства застройщиков». А вот для охотников и рыболовов «это закон никакой роли не играет», потому что «в частные руки наши реки никто сейчас не забирает, и море никто не забирает, охраняемые территории остались в прежнем виде».

Председатель общественной организации «Золотое сечение» Иван Комелов не считает закон об особо охраняемых природных территориях «сырым», так как над созданием последней редакции закона «законодательное собрание» и оккупационное правительство Севастополя работали сообща, к закону не возникло никаких претензий юридической службы, поэтому горожане не ожидали вето губернатора. Такое решение Сергея Меняйло, по мнению Комелова, может говорить лишь об одном – какой–то личной заинтересованности.

«Во-первых, закон уже был принят депутатами, и севастопольцы надеялись, что губернатор, понимая важность закона для Севастополя и учитывая рекомендации межведомственной комиссии, подпишет его в максимально короткий срок. То, что губернатор наложил на него вето, с моей точки зрения, свидетельствует о том, что какие–то обязательства, данные местным застройщикам – тем коммерческим организациям, которые хотели получить в своё пользование особо охраняемые территории, – были выше необходимости принятия закона и рекомендаций администрации президента России в лице крымского полпредства. Пока этот закон не утверждён, например, в урочище Ласпи продолжается строительство компанией «Парангон», которую севастопольцы прочно связывают с бывшим министром обороны Украины Павлом Лебедевым», – констатировал Иван Комелов.

Он верит, что закон об особо охраняемых природных территориях должен остановить бесконтрольное использование особо ценных севастопольских земель, остановить бурную хозяйственную деятельность на них, дать возможность сохранить эти территории для нынешних севастопольцев и для будущих поколений.

«Я внимательно прочёл губернаторское резюме к вето – там нет ничего, на мой взгляд, что не даёт возможности не подписывать закон и доработать его, понимая важность подписания именно сейчас. Идёт затягивание процесса», – подытожил руководитель общественной организации «Золотое сечение».

Ще на цю тему