Неплатежи в российской экономике впервые достигли 9 триллионов рублей

Просроченная дебиторская задолженность российских компаний к концу мая достигла 9 трлн руб., сообщил Росстат, информирует издание The Moscow Times.

За месяц она прибавила 2,6%, а с начала года 16,9%. Ее доля в дебиторской задолженности бизнеса выросла до 6,7% с 6,2% на начало года. Это произошло из-за задержек платежей со стороны контрагентов, признает Центробанк. Неплатежи составляют почти 4% ВВП, который Минэкономразвития в этом году прогнозирует 228 трлн руб.

Их росту способствуют резкое торможение экономики и высокие процентные ставки. Растущие затраты предприятий на обслуживание займов ведут к увеличению просроченной задолженности, прежде всего перед поставщиками, говорил глава Минпромторга Антон Алиханов.

Дорогие кредиты особенно чувствительны, когда прибыли падают, при этом госкомпании режут инвестиции и расходы, а власти сосредоточены на военных расходах, усугубляя положение остального бизнеса, отмечает Ивона Вишневска из Центра восточных исследований (OSW). Негативные тенденции наблюдаются во всех сферах экономики, рост замедляется даже в ВПК, заключает она.

Финансовое положение российских компаний ухудшается: по итогам пяти месяцев сальдо их прибылей и убытков было на 1% меньше, чем годом ранее после сокращения на 4% в 2025 г. Реальное падение, с учетом инфляции, намного больше. У многих предприятий выручка сократилась в номинальном выражении, но из-за дефицита кадров они вынуждены повышать зарплаты, при этом выросли расходы на обслуживание долга, отмечал старший управляющий директор Сбербанка Михаил Матовников. Предприятия жалуются на нехватку средств для финансирования оборотного капитала: в опросах Центробанка это стабильно входит в топ-3 проблем бизнеса.

В этих условиях многие выбирают задержать платеж контрагентам. «Возникает необходимость определять приоритетность своих выплат – кредиторам или поставщикам. С учетом того, что позиция кредитора более защищена, выплаты в их пользу становятся приоритетнее, а платежи поставщикам осуществляются скорее по остаточному принципу, что и приводит к росту просроченной задолженности», – объяснял старший директор АКРА Александр Гущин.

А те, у кого есть средства, стараются зарабатывать на высоких ставках, а не платить по счетам, отмечал близкий к властям аналитический центр ЦМАКП. Этим грешат и госкомпании, признавал и министр экономразвития Максим Решетников.

Опрошенные ЦБ предприятия называли причиной роста просроченной дебиторской задолженности увеличение сроков оплаты, реже –непосредственное ухудшение платежеспособности контрагентов. Это тянет за собой цепочку: ЦБ приводит в пример производителя молочной продукции, который начал задерживать платежи из-за того, что часть его поставщиков перешли на предоплату.

Сильнее всего страдают малые и средние поставщики. «Крупные компании могут менять условия взаиморасчетов и увеличивать сроки оплаты, что может создавать проблемы для малого бизнеса, который несвоевременно получает оплату за выполненные работы», — отмечал Центробанк.

Еще одна жертва неплатежей – экспортеры. Доля просроченной дебиторки в экспортных отраслях была 9,2% на конец апреля, писал ЦБ. По его данным, основной вклад внесли «добывающие предприятия, зарегистрированные в Волго-Вятке и Москве, а также производители кокса и нефтепродуктов на Урале и в Москве» (ЦБ никогда не называет конкретные компании). У экспортеров выросли сроки и расчетов с контрагентами и оборачиваемости капитала из-за удлинения маршрутов доставки, приводит он примеры.

Российский бизнес, кажется, научился жить и в таких условиях. Во второй половине прошлого года опрошенные РСПП предприятия назвали неплатежи контрагентов главной проблемой: в третьем квартале на это указали 38,9% опрошенных предприятий, а в четвертом 42,3%. В этом году на первое место вышел слабый спрос, а неплатежи заняли второе место, 34,1%.

Рост дебиторской задолженности вкупе со слабым спросом привел к увеличению кассовых разрывов у части предприятий, а это привело к росту и кредиторской задолженности, рост просрочки здесь также ускорился, отмечает ЦБ.

На самом деле доля просроченной задолженности «кратно выше», уверен ЦМАКП, поскольку это один из «наиболее искаженных показателей отчетности».