Ассоциация реинтеграции Крыма: мессенджер MAX станет инструментом цифрового контроля над крымчанами

С конца 2025 года на территории Российской Федерации, временно оккупированных украинских территориях и в аннексированном Крыму наблюдается системная цифровая трансформация коммуникативной инфраструктуры. Она сопровождается попытками вытеснить независимые и иностранные мессенджеры (Telegram, WhatsApp) и одновременно продвигать российскую платформу MAX (агрегатор-«суперапп» для сообщений, госуслуг и сервисов). При этом агрессивная политика россиян по ускоренному массовому внедрению MAX сочетает элементы технологического и психологического давления.

Как пишет издание Крым.Реалии, об этом сообщает Ассоциациа реинтеграции Крыма, ссылаясь на кандидата юридических наук Андрея Чвалюка.

Начиная с августа 2025 года крымчане начали сообщать о частичных ограничениях в работе популярных мессенджеров Telegram и WhatsApp – что затрудняет стабильный обмен сообщениями и голосовую связь. Роскомнадзор утверждает, что ограничения на звонки якобы были введены для «защиты граждан от мошенничества и вербовки».

МАКС (Max) – это новый российский кроссплатформенный мессенджер, который технологическая компания VK запустила в 2025 году через свою «дочку» ООО «Коммуникационная платформа». Бета-версию объявили 25-26 марта 2025 года. Его официально позиционируют как «национальный мессенджер»: в одном приложении должны сходиться привычные чаты и звонки, доступ к госуслугам, цифровой ID и электронной подписи, платежи, мини-приложения и сервисы для бизнеса, а также коммуникация граждан с госорганами и образовательными учреждениями.

Российский органы власти настойчиво и постоянно «рекомендуют» переходить на MAX как на якобы безопасную «альтернативу», где якобы «доступны каналы государственных и медийных ресурсов полуострова». На предыдущем этапе под видом таких альтернатив целенаправленно продвигались RuTube и VK Video. Сейчас аналогичным образом предлагается MAX, который позиционируется как сервис, «работающий везде», прежде всего для аудитории, не придающей первостепенного значения вопросам безопасности и конфиденциальности коммуникаций.

«Стратегия продвижения MAX выходит далеко за рамки классического маркетинга и носит системный, нормативно подкрепленный характер. С 1 сентября 2025 года российское правительство обязало производителей предустанавливать данный мессенджер на все смартфоны, планшеты и иные устройства, реализуемые на территории страны, а также на оккупированных территориях, включая Крым. Это решение вписывается в более широкую концепцию так называемого «цифрового суверенитета» РФ и сопровождается расширением обязательных инфраструктурных требований. В частности, аналогичное регулирование распространяется на российский магазин приложений RuStore, который уже предустановлен на всех Android-устройствах в стране и с 1 сентября стал обязательным к использованию также на устройствах Apple, продаваемых в России. Практически это означает, что устройства поставляются с уже установленной платформой, которую не всегда возможно удалить стандартными средствами», – пишет Андрей Чвалюк.

«Новая Газета Европа» пишет, что Max хочет иметь доступ ко всему: он запрашивает доступ к геолокации, контактам, файлам, камере, микрофону, Bluetooth, уведомлениям, биометрии. Приложение также собирает информацию о возрасте, поле, телефоне, e-mail, идентификаторах социальных сетей, а также фиксирует все события в приложении: регистрация, вход, покупки, использование мини-приложений, рекламная активность.

«Его невозможно отключить стандартными средствами, оно использует root-доступ и системные jar-файлы – признаки вредоносного программного обеспечения. Данные автоматически передаются на серверы, связанные с VK, которые контролируются российскими спецслужбами. Кроме того, через MAX жителям оккупированных территорий могут направляться повестки – в суд или в армию, что делает мессенджер инструментом официальных уведомлений и дополнительного давления со стороны оккупационных структур», – настаивает Андрей Чвалюк.

Он считает, что в условиях российской оккупации части Украины, российские власти превращают MAX в инструмент системного контроля. Доступ к IP-адресам и точной геолокации позволяет отслеживать перемещения пользователей и соотносить их с физическим присутствием в конкретных населенных пунктах.

«Особую угрозу представляет интеграция MAX с государственными цифровыми экосистемами и инфраструктурой RuStore, что устраняет даже формальные барьеры между пользовательскими данными и силовыми или разведывательными структурами. В результате любое цифровое действие (сообщение, просмотр канала, сохраненный файл или контакт) может быть интерпретировано как основание для давления, преследования или репрессивных мер», – пишет Андрей Чвалюк.

Российский глава Крыма Сергей Аксенов запустил свой канал в мессенджере MAX 20 августа 2025 года. После чего его подчиненные приступили к ориентации работников образования и «государственных служб» применять именно MAX для «служебных коммуникаций и административных задач».

10 ноября 2025 года Министерство науки и высшего образования РФ направило в высшие и средние специальные учебные заведения письмо, в котором был установлен контрольный срок до 12 ноября для «регистрации организации в национальном мессенджере MAX и заполнение мониторинга о текущем уровне его использования в организации». Уже 17 ноября учебные учреждения были обязаны обеспечить создание чатов «академических групп и официальных каналов организаций в национальном мессенджере MAX».

Российское министерство образования в Крыму также поручило перевести школьные чаты для родителей на MAX, а собственным «служащим» – полностью отказаться от использования других мессенджеров.

«Не исключено, что для подконтрольного агрессору населения доступ к приложению «Госключ» в дальнейшем также может быть ограничен и осуществляться исключительно через MAX», – пишет Андрей Чвалюк.