Россия восстанавливает военное влияние в Сирии после падения режима Асада – RLI

Россия активно восстанавливает партнерство в сфере безопасности с Сирией после краха режима Башара Асада и прихода к власти нового руководства под началом Ахмеда аш-Шараа.

Об этом заявили в Институте Роберта Лансинга, пишет GuildHall.

Несмотря на первоначальное охлаждение отношений, Москве удалось использовать дипломатические, гуманитарные и экономические рычаги для возобновления полноценного диалога с Дамаском. Центральным элементом этого сближения стало сотрудничество в военной сфере, включая обсуждение планов по восстановлению сирийской армии и возможное расширение российского военного присутствия. Москва стремится легитимизировать свои действия, представляя их международному сообществу как стабилизирующий фактор в регионе.

Для Соединенных Штатов эти события представляют серьезную угрозу, так как они усиливают позиции России в Восточном Средиземноморье. Восстановление оперативных возможностей Москвы ограничивает свободу действий Израиля, который является главным союзником Вашингтона. Присутствие российских систем противовоздушной обороны, разведывательных средств и комплексов радиоэлектронной борьбы значительно осложняет операции США и НАТО. Кроме того, Кремль использует сирийскую карту в качестве инструмента в переговорах с Белым домом по более широким геополитическим вопросам, включая Украину и санкции. Возрождение России как значимого игрока повышает риск формирования на Ближнем Востоке альтернативной архитектуры влияния, где роль Соединенных Штатов перестанет быть решающей, что снизит эффективность американского дипломатического давления на сирийское руководство.

Вашингтон также сталкивается с растущей конкуренцией за статус ведущего внешнего партнера Сирии. Российско-сирийское военно-техническое сотрудничество может спровоцировать новую гонку вооружений и дестабилизировать региональный баланс сил, вынуждая США направлять дополнительные ресурсы на поддержку союзников. После свержения Асада новое руководство в Дамаске поначалу пыталось дистанцироваться от прежних союзов, ища новые гарантии безопасности. Россия в этот период потеряла значительную часть позиций, ее военный контингент был сокращен, а свобода передвижения ограничена. Однако вытеснение из страны Ирана и группировки Хезболла создало вакуум безопасности, который поспешили заполнить США, Турция и другие региональные силы.

Эскалация насилия в отношении меньшинств в 2025 году подчеркнула слабость центральной власти Дамаска, а участившиеся удары со стороны Израиля показали готовность соседей действовать в одностороннем порядке. В этих условиях новое сирийское руководство начало рассматривать Россию как инструмент сдерживания внешнего давления. Москва в ответ предложила гуманитарную помощь и политическую поддержку, одновременно активизировав контакты по военно-дипломатической линии. Ключевой целью Кремля остается сохранение военных баз в Тартусе и Хмеймиме, а также восстановление оборонно-промышленных объектов Сирии при российском участии.

Для Вашингтона главная опасность заключается в том, что Россия может вновь стать незаменимым посредником, подрывая усилия США по созданию прозападной архитектуры безопасности и лишая их возможности влиять на решения Дамаска. Сирия служит для Москвы платформой для демонстрации глобальной значимости вопреки санкциям, что ослабляет эффект международной изоляции России. Соперничество великих держав осложняется активной ролью Турции, создавая многополярность и повышая риск непредсказуемых кризисов. Интерес Сирии к использованию России для сдерживания Израиля ставит Вашингтон перед дилеммой между поддержкой союзника и предотвращением масштабной эскалации.

Россия эффективно использует ограниченные ресурсы, делая ставку на символическое присутствие. Даже небольшие контингенты позволяют ей оказывать значительное политическое влияние и создавать оперативные трудности для западных сил. Основной вывод для США заключается в том, что Москва восстанавливает влияние не через идеологию, а через транзакционные услуги: военную координацию и интеграцию разведывательных данных. Сирия возвращается к сотрудничеству с Россией из стратегической необходимости, воспринимая ее как стабилизатор и противовес внешнему давлению. Если Вашингтон не обеспечит активную и последовательную политику, Россия снова закрепится в Сирии как постоянный фактор региональной безопасности.