Европа должна карать за обход санкций и ломать энергетическую зависимость — депутат Бундестага Тобиас Винклер (интервью)

Европа должна не только ужесточать санкции против России, но и вводить реальное наказание за их обход, одновременно снижая собственную зависимость от внешних поставщиков энергии, которые могут использовать ресурсы как инструмент шантажа.

Об этом в интервью Guildhall заявил депутат Бундестага Тобиас Винклер.

В разговоре он также подчеркнул необходимость перекрытия каналов финансирования войны через «теневой флот», расширения круга надежных энергетических партнеров и долгосрочного перехода к более диверсифицированной системе поставок, основанной в том числе на возобновляемой энергетике, водороде и аммиаке.

— Для начала хотелось бы спросить о недавнем ирландском кейсе с поставками в российскую оборонную промышленность, а также в целом об обходе санкций и санкционной политике. Какова ваша оценка?

— Этот пример показывает, что обход санкций — реальная проблема, и она никуда не исчезла. Это было известно и раньше. Именно поэтому принимаются санкционные пакеты, которые должны выявлять такие схемы обхода и бороться с ними. Но, конечно, зло иногда действует быстрее, чем те, кто пытается его остановить. Поэтому Европа временами оказывается на шаг позади.

Тем не менее лазейки необходимо закрывать. И таких каналов намного больше — в том числе «теневой флот», который представляет для меня особый интерес. Необходимо искать способы не просто вносить отдельные суда в санкционные списки, а действительно перекрывать этот канал финансирования войны. Здесь у Европы все еще есть рычаги, чтобы реально повлиять на ситуацию.

И в таких случаях особенно важна работа СМИ и журналистов-расследователей, которые помогают выявлять подобные схемы. Те, кто занимается обходом санкций, очень изобретательны, поэтому каждый должен делать свою часть работы, чтобы противостоять этой угрозе.

— После расследования OCCRP и The Irish Times звучали призывы криминализировать обход санкций, особенно когда речь идет о поставках для российской оборонной промышленности. Как вы это оцениваете как политик?

— Полностью поддерживаю. Если правила существуют, но за их нарушение никто не несет ответственности, это просто не имеет смысла.

Поэтому люди, компании и любые структуры, которые участвуют в обходе санкций, должны подвергаться наказанию. Это должно быть частью санкционной политики. Особенно в подобных случаях, когда речь идет о европейской территории, действовать проще, чем в ситуациях, где обход идет через Китай, Индию, Казахстан или Кыргызстан. Здесь у Европы должны быть все возможности для жесткой реакции. Я полностью это поддерживаю.

— Если посмотреть шире: понимают ли сегодня европейские политики и правительства, что энергетическая независимость — это уже не только экономика, а вопрос безопасности и обороны?

— Да, думаю, это понимание есть. Но слово «независимость», на мой взгляд, не совсем точное. Речь, конечно, должна идти о независимости от стран, которые используют энергетику как инструмент шантажа.

В более широком смысле западным странам нужна стратегия диверсификации и сотрудничества. Если одна страна сталкивается с проблемами в энергоснабжении, должны быть другие страны и союзники, которые смогут подстраховать.

Именно поэтому Европе нужны новые партнеры и новая система поставок, чтобы не зависеть от таких источников, о которых вы говорите. От российской зависимости большинству европейских стран удалось в значительной степени уйти, хотя есть и исключения, например Венгрия. Но нужно также снижать зависимость и от других режимов — таких как Иран или Венесуэла. Точнее, не от самих стран как таковых, а от коррумпированных и шантажирующих режимов.

Поэтому Европе необходимы диверсификация и кооперация.

— То есть энергобезопасность Европы вы связываете прежде всего с расширением круга поставщиков и партнеров?

— Да, но не только. В долгосрочной перспективе Европе нужно больше партнеров, а это будет проще обеспечить, если уходить от ископаемой энергетики. Возобновляемые источники могут развиваться в большинстве стран мира: есть ветер, есть солнце.

Да, это не всегда стабильная база, например, для такой индустриальной страны, как Германия. Но если переводить такую энергию в аммиак или водород, тогда поставщики могут появиться по всему миру. И тогда никто больше не сможет нас шантажировать.

В этом и состоит стратегический смысл перехода: уйти от ископаемых ресурсов, сосредоточенных в ограниченном числе стран, к другим источникам энергии, которые можно производить практически где угодно.

— То есть вы считаете, что энергобезопасность Европы в будущем должна строиться не на новой зависимости от отдельных нефтегазовых поставщиков, а на более гибкой, диверсифицированной системе?

— Именно так. Европе нужна не просто формальная «независимость», а устойчивая система, в которой ни один внешний игрок не сможет использовать энергетику как рычаг давления.

Это означает диверсификацию поставщиков, более тесное взаимодействие союзников и постепенный переход к таким моделям энергоснабжения, которые уменьшают уязвимость перед внешним шантажом. В этом смысле энергетическая политика и политика безопасности сегодня уже неразделимы.