Приднестровье заранее отказывается от любого статуса в составе Молдовы

Приднестровье заранее отказывается от любого особого статуса в составе Молдовы, на принятии которого настаивает действующий председатель ОБСЕ Франк-Вальтер Штайнмайер. Об этом заявил российской «Независимой газете» (НГ) председатель Верховного совета непризнанной ПМР, генерал милиции Вадим Красносельский.

Как сообщает Infotag, он напомнил, что «статус Приднестровья определен на референдуме 2006 г. – это независимость с последующим присоединением к России».

«Приднестровье не намерено возвращаться в Молдавию, тем более, что Кишинев продолжает давление, введя помимо экспорта запрет на приднестровский импорт», – заявил Красносельский.

Между тем, власти РМ в последнее время активизировали действия по разработке «особого статуса для Приднестровья в единой и неделимой Молдове». Об этом заявили как на специально созданной парламентской платформе, так и в правительстве.

Политический аналитик Джеймстаунского фонда Владимир Сокор обратил внимание на опасности «специального статуса» для государственности Молдовы.

«Предоставление специального статуса Приднестровью может повлечь цепную реакцию на территории РМ. Руководство Гагаузии неоднократно публично заявляло о том, что в случае предоставления Приднестровью особого статуса будет требовать аналогичного для себя. Год назад парламентское большинство РМ проголосовало в первом чтении за проект закона о предоставлении особого статуса Тараклии (место компактного проживания болгар – «И»). Аналогичные требования возможны со стороны Бэлць («северной» столицы Молдовы – «И»)», – считает он.

По словам Сокора, желание Приднестровья отделиться от Молдовы - прямое следствие влияния РФ.

«Возможно, часть руководства Тирасполя действительно хочет окончательного отделения от РМ. Но политика России ориентирована не на это. Политика РФ в Приднестровье, равно как и в Донбассе, заключается в том, чтобы регионы, контролируемые русскими, возвратить в рамки Молдовы и Украины. Потому что таким образом Россия получит дополнительное влияние и в молдавской, и украинской политической и институциональной системах», – делает вывод политолог.